Ты еще не успел отойти со своей фигуркой, как к тебе толпой налетают торговцы с такими же точно фигурками, может, даже лучшими, и, уже не торгуясь, просят в два раза дешевле. И ты понимаешь, как проиграл свою партию в искусстве купли-продажи тому разбитному яванцу, который уже где-то в другом конце кричит, рекламируя свою знаменитую слоновую кость.
На смену резчикам по «слоновой кости» ты попадаешь в мир драгоценных камней. Радуга красок! В коробочках с ватой, на шелковых лоскутках лежат немыслимой красоты камни, уже ограненные, сверкающие: рубины, хризолиты, аметисты, александриты, турмалины и еще бог весть какие. Можно подумать, что, во-первых, в Богоре самые богатые залежи драгоценных камней, а во-вторых, он же мировой центр ювелирной торговли. А на самом деле тут тоже подделка: а вдруг удастся убедить богатого туриста по дешевке приобрести драгоценный камень, который еще вчера был булыжником.
Подробнее…
На этот раз мы идем в сад в сопровождении ученого-ботаника, хранящего в памяти всю историю сада, хотя начинал он здесь при голландцах простым рабочим. Он ведет нас по аллее Канарской пальмы. Высоко над головой — соединившиеся в купол кроны. Всю аллею, как говорит наш проводник, посадил Миклухо-Маклай.
— Я покажу вам еще более знаменитое место,— говорит он.
Мы идем мимо фантастически огромных деревьев, через скрипящий изогнутый дугой деревянный мостик, через весело шумящую по камням речку. Почти на самом берегу озера, в которое, как в зеркало, смотрится белокаменный дворец, стоит на зеленой лужайке почерневшая от времени, дождей и солнца деревянная беседка. В ней четыре жесткие табуретки, столик — дощатый круг, прибитый гвоздями к врытому в землю столбу.
Подробнее…
Мы въезжаем в город. Прямо у шоссе вперемежку с рисовыми полями квадраты сахарного тростника, густые кроны манговых деревьев, папайи, плантации ананасов. Но среди всех деревьев выделяется дерево варингин — смоковница. Нельзя не залюбоваться ее могучей круглой кроной, напоминающей по форме шляпку белого гриба гигантских размеров. Варингин в Индонезии считается священным деревом. В Джакарте есть улица Варингин, по соседству с которой, рядом с небольшой авторемонтной мастерской и представительством агентства печати «Новости», живет нынешний президент Индонезии генерал Сухарто. Одно-единственное дерево варингин заменяет целую рощу. Под его могучей кроной часто устраиваются концерты, представления кукольных театров, выступают бродячие оркестры, проводятся собрания.
В небольших городках в тени варингина устраиваются базарчики, здесь же располагаются небольшие походные — на тележках или просто на коромысле—закусочные.
Подробнее…
А следующий ряд—нечто вроде комбината домостроения. Но Детали домов здесь совсем другие, чем те, какие развозят по улицам У нас огромные панелевозы. Вместо колонн-ферм приготовлены бамбуковые шесты. Их вроют в землю и с помощью гибких бамбуковых же лент искусно обтянут плетенными из бамбуковой Дранки стенами. Вот они лежат стопками: четыре куска—четыре стены. Тут же готовые крыши — высушенные широкие пальмовые листья целиком или разрезанные на полоски, заплетенные как косички. Каждый такой лист —это кусок крыши площадью не менее квадратного метра. А по соседству с торговцами домами—торговцы батиком, а потом — рыбами: ни один базар не обходится без рыбных рядов. Ява — это почти сплошные рисовые поля, на которых крестьяне разводят икан мае — золотую рыбу, напоминающую нашего карпа, но только красновато-золотистого цвета. А потом ведь Ява — остров. В ее прибрежных водах множество всякой живности. Ее ловят сетями, на крючки, бьют острогами, вытаскивают руками из каменных расселин на небольшой глубине, а то и загоняют в огороженные деревянными заборчиками квадратики моря и как бы процеживают через плетеные циновки. И после столь разнообразных способов добычи морской и речной живности — она перед вами: креветки, лангусты, каракатицы, осьминоги, кальмары, моллюски, рыбы, похожие на змей, или змеи, принявшие облик рыбы. Здесь же можно купить панцирь мертвого лангуста.
Подробнее…
Я давно не готовился так тщательно к поездке, как в эти августовские дни. Казалось, что измерил расстояния от города до города не по карте, а прошагал между ними по пыльным дорогам и. по тропам меж рисовых полей. Закрываю глаза—и передо мной в мельчайших деталях карта Явы. Шутка ли, проехать по острову из конца в конец, описав вытянутый эллипс в несколько тысяч километров. После того как ты поездил по Западной Яве, побывал на побережье Зондского пролива, одно название которого не может не волновать сердце путешественника, походил по сказочным аллеям ботанического сада в Богоре, равного которому нет, пожалуй, во всем мире. Этому саду более ста шестидесяти лет. Здесь— богатейшая коллекция орхидей — цветка королей. Каких только диковинных растений нет здесь—десятки видов бамбука, пальм, лиан, великаны и карлики растительного мира. Для меня Богор особенно дорог еще и тем, что здесь в 1872 году жил Миклухо-Маклай и приводил в порядок свои записки о папуасах Новой Гвинеи. Тут он, измученный лихорадкой, то терял надежду на выздоровление, то она возвращалась к нему, и он начинал планировать новое путешествие.
Подробнее…
На склоне ее есть самое священное место, где раз в год собираются пууны — старейшины и жрецы общин. С далеких времен главный жрец почитается почти за представителя неба на земле. По твердому убеждению бадуйцев, главный пуун выполняет обязанности посредника, или связного между ушедшими предками и их живущими потомками. Отсюда и особое отношение к столь высокой особе. Его слово—закон, его указаниям подчиняются с покорностью. Пуун ни при каких обстоятельствах не может показываться чужеземцам. Священное место бадуйцев — высеченные в горах в незапамятные времена гигантские террасы и скульптуры из камня, видеть их может даже не всякий бадуец.
Подробнее…
Бадуйцы живут, как многие горные племена в Индонезии и других странах Азии, в легких бамбуковых домах на высоких сваях. Это средство защиты и от ливневых дождей, которые могут легко снести любую постройку, стоящую на земле, а во-вторых, от любой опасности извне. Чужому человеку, дикому зверю — и тому и другому труднее проникнуть незамеченным в жилище, поднятое над землей на два-три метра.
Подробнее…
а предписывает женщинам закрывать голову и тело, чтобы не быть узнанными. В Индонезии, как на Яве, так и на Суматре, об этом, кажется, не знают, а о парандже и чадре, являющихся позором Арабского Востока, тут даже и не слыхали. Хотя индонезийцы соблюдают мусульманские праздники, но они легко меняют моление в мечети на менее утомительные церемонии.
Подробнее…
История оставила нам сведения о том, что предки нынешних индонезийцев принадлежали к числу тех, кто исповедовал брахманизм, занесенный на Яву и почти на все острова Малайского архипелага из Индии еще до нашей эры. Его принесли с собой те тысячи и тысячи людей из Индостана, которые составляли мощный поток переселенцев как начатый, так и оконченный по не совсем объяснимым причинам. Миграцию людей в далекой древности бывает трудно понять в наше время, тем более непонятную, что она шла как с Востока на Запад, так и в обратном направлении. Как бы там ни было, переселенцы из Индии несли с собой не только новую, привлекавшую обрядами, идеями, формами религию, но и невыразимо красивую архитектуру древних храмов. Их особенно много возникло на Центральной Яве и на острове Бали. Вот, кстати, еще одна загадка: поток переселенцев шел с Запада на Восток, и Западная Ява должна была бы по идее первой подвергнуться культурному влиянию переселенцев. Но на Западной Яве, даже в Джакарте, нет ни одного храма, даже отдаленно напоминающего легендарные Боробудур или Прамбанан.
Подробнее…
Когда мы вернулись, дукун уже одевался для таинственного обряда. Вместо саронга он обматывал вокруг бедер красный кусок материи, а на голое тело примерял черную жилетку. В сумку, перекинутую через плечо, он положил всякие амулеты, пучки травы и несколько кусков ладана, пахучий дым которого якобы обладает волшебной силой.
Подробнее…
